?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

С днем рождения, АРКОНТ!

Сегодня день рождения самой первой, самой волгоградской автомобильной компании – АРКОНТ!

Это компания, с которой мы беспрерывно сотрудничаем уже больше 14 лет! Фактически уже породнились!   
И вот как мы их поздравляем!
 

Создатель и руководитель АРКОНТА – известный волгоградский, первый во всех смыслах автомобильный бизнесмен – Андрей Жигунов! Большой наш друг.

Как для бизнесмена, для меня Андрей – человек, который создал себя сам, который смог только своими усилиями, своим умом и предвидением создать крупную и известную компанию в одной из самых конкурентных отраслей!
Как для рекламщика, Андрей для меня – пример, как можно с помощью грамотного продвижения создать крупный бизнес с нуля!
Для меня, как человека – Андрей друг. 



Интервью для журнала Авторитет.

Андрей Жигунов: «Нужно правильно расставлять приоритеты»
Школа 128 (г.Волгоград)
Музыкальное училище им.Гнесиных (отделение народных инструментов)
Московский институт культуры (эстрадное отделение)
Сегодня - генеральный директор ЗАО «Арконт холдинг».
Женат, воспитывает четверых детей
.

– Андрей Вячеславович, где прошло ваше детство?
– Родился я в 1964 году в поселке Городище. С пяти лет жил в «Бронксе», – так в те времена мы называли Жилгородок.
– Почему?
– Не знаю почему. Вроде и район не так уж удален от центра. И «Банды Нью-Йорка» - не фильм моего детства. Сейчас я понимаю, что Жилгородок мало чем отличался от других районов Волгограда: постоянные «войны» среди подростков за территории, раскопки. Там, где сегодня Семь Ветров, были бахчи и Федоровский Сад. Почему Федоровский – не знаю, но раскапывали мы там много чего военного, интересного и опасного. Снаряды, гранаты и прочее я складировал в подвале нашей пятиэтажки. Совершенно случайно кто-то из взрослых обнаружил мой схрон, скандал был жуткий, но по малолетству все обошлось. А с Семиветровских бахчей регулярно тырили арбузы и дыни. Помню растянутые проволочки с колокольчиками. Задеваешь проволоку, колокольчик звенит – сторож на звук стреляет солью. Не скажу, что я был хулиганом, но с милицией встречался достаточно часто. Наверно, оказывался не в то время и не в том месте…
– В детстве вы кем хотели стать? Мечта была?
– Хоть о космосе я не мечтал, но вот летчиком быть хотел. Меня очень привлекает обилие приборов, штурвал, полет, динамика…
– А спортом занимались?
– Эпизодически и разными видами. Дольше всего (около 2-х лет) задержался в водном поло.
– А хобби?
– Да, хобби у меня было много в разные времена: собирал марки, боевые снаряды, как уже говорил, а позже – виниловые пластинки, но это уже не хобби, а бизнес. Покупаешь пластинку, размножаешь запись. В общем, как тогда говорили, был малолетним фарцовщиком.
– Пиратством, значит, занимались?
– Да, сейчас это так называется. Тогда спекуляция, а сегодня нарушение авторских прав, незаконное предпринимательство… Но для семиклассника это был супердоход!
– Родители как на это смотрели?
– Родители на это не смотрели. Точнее, они мне доверяли, а я решал сам, что мне делать. Я никогда не был маменькиным сынком. И я, и моя младшая сестра были очень самостоятельными детьми. Наши родители нефтяники: мама геолог, отец буровик. При хорошей зарплате отца у нас никогда не было ни машины, ни дачи. Зато отец запросто покупал на всю семью «люкс» на теплоход до Москвы и обратно. В те времена – бешеные деньги! Несколько тысяч рублей! По тем временам, мы много путешествовали по стране. У моих родителей приоритеты были не совковые, не бытовые. Низкий им за это поклон.
– Что стало основополагающим при выборе жизненного пути?
– Так я же учился в музыкальной школе, играл на аккордеоне. В 80-м году после 8-го класса поступил в самое престижное музыкальное заведение - Гнесинское училище. Одновременно учился в Школе-студии джазовой импровизации «Москворечье». После Гнесинки попал в армию. Это вообще отдельная история. Так получилось, что нас, двоих музыкантов – меня и Сервера Абкеримова, известного ныне аккордеониста, лауреата многих конкурсов – должны были определить на службу в Подмосковье. Но произошел какой-то сбой, мы просидели неделю на сборном пункте, и тут «добрые люди» в военной форме рассказали нам, как хорошо служить под Алма-Атой – не хуже, чем в Подмосковье. В общем, попали мы в то место, которое, вроде бы, Чингиз Хан назвал «долиной смерти»: ни воды, ни деревьев, только мелкая-мелкая едкая пыль, которая поднимается за танками стеной в сотни раз выше человеческого роста.
– Как служилось?
– Первое время приходилось буквально выживать. Чуйская долина, станция Отар. Постоянно плюс 50-55… Вместо воды на день фляжка заваренной верблюжьей колючки. Редкая дрянь. Менингит, желтуха и страшенная дизентерия. Целая учебная дивизия, и после учебы – прямой путь в Афганистан. В общем известные «прелести» Чуйской долины как-то обошли нас стороной. Но, слава богу, помогло музыкальное образование. Нас перевели в Джамбул для создания какого-то там оркестра. Поэтому второй год мы служили супер: зеленый город, гражданские, девушки и мы, такие классные музыканты то в духовом оркестре, то в рок-группе…
– Играли в рок-группе?
– Постоянно играл в разных группах, пока занимался музыкой. С четвертого класса играл вместе с большими дядьками – старшеклассниками на танцах в школе, в доме пионеров и в других местах.
– В школе хорошо учились?
– Да, я был отличником… в первом классе. И, по-моему, в третьем. Получал почетные грамоты. Ну и, пожалуй, с окончанием начальной школы успехи мои закончились. В седьмом-восьмом классе учился хуже, потому что уже определился с приоритетами. Если бы не музыка, уверен, учился бы лучше, а может, нашлось бы какое-нибудь другое увлекательное дело, не знаю.
– А почему именно музыка? И насколько осознанным был этот выбор?
– Увлечение рок-музыкой с самого детства, участие в разных группах-ансамблях заставляло меня слушать, подбирать на слух, «снимать», как тогда говорили, партии разных инструментов, аккомпанировать на семейных застольях. Жаль тех детей, для которых обучение музыке сводится к зубрёжке пьес и этюдов. Я хочу сказать, что выучить с ребенком пьеску – это одно, а системно заниматься музыкой – совсем другое. Поэтому большинство выпускников музыкальных школ и на инструментах не играет, и музыку не слышит.
– После армии ваша музыкальная карьера продолжилась?
– В целом, да. Я окончил эстрадное отделение Московского института культуры как пианист. Потом работал концертмейстером и преподавал в училище культуры. Попутно работал в студии аранжировщиком или, как тогда говорили, сейшнменом. При моем непосредственном участии было записано очень много разной музыки для театров, для многих волгоградских и столичных исполнителей. Но в 92-м году все изменилось, и я понял: надо что-то менять.
– Чем запомнились студенческие годы?
– В Гнесинке в то время учились известные люди: Константин Никольский, Андрей Сапунов, и ставшие знаменитыми позже: Ольга Кормухина, Надежда Кадышева. Некоторые «странные» товарищи, вроде Михаила Михайлюка, автора песен и музыки к к/ф «АССА»: «ВВС», «Иду на «ты», повлияли на мои музыкальные и прочие культурные предпочтения. Под той же крышей, в той же общаге тогда обитали Сергей Жигунов, нынче известный актер и продюсер, уникальный голос Эрик Курмангалиев и многие другие. Вообще это общежитие было хорошей питательной средой для развития. Когда в Москву приехал великий Чик Кориа, он дал всего два концерта – в нашей общаге и в американском посольстве. А Чик Кориа – звезда мировой величины!
– Что определило ваш выбор после окончания института? Не было желания уехать?
– Многие сокурсники уехали и живут сейчас в Америке и других странах. Кто-то зарабатывает музыкой, у кого-то не сложилось.
– Почему же вы не уехали?
– У меня никогда не было желания уехать. Тогда уезжали за рубеж не для того, чтобы поработать и вернуться, а уезжали навсегда. Страшно и ответственно. Для меня такая перемена была немыслима. А как же культурная среда, русский язык? Здесь я читаю книги на русском, смотрю фильмы на русском, общаюсь на родном языке. Конечно, существуют русскоязычные колонии или общины за границей, но жизнь в ограниченной культурной среде и жизнь в огромной родной стране – это разные вещи.
– Как получилось, что, имея музыкальное образование, вы занялись автобизнесом?
– Многие «совковые» люди трудятся не в соответствии с полученным образованием. Начало 90-ых многих переменило. Я считаю, что в приличном учебном заведении можно «научиться учиться». Мне несложно обучаться чему-либо новому. Академического бизнес-образования у меня нет, и тратить время на корочку MBA я не вижу смысла.
– А почему именно автомобили?
– Волею случая. Вообще до автомобилей было много других тем: мука, шампанское, растительное масло… Потом все вылилось в маленькую станцию техобслуживания «Хронос» на Красном Октябре, там, где Малая Франция.
– Малая Франция – это из той же серии, что и «Бронкс»?
– Наверное. Это район Красного Октября, который находится за железнодорожным полотном. Когда-то там жили то ли французы, то ли голландцы, которые построили двухэтажные домики с мансардами. Отсюда и название.
– Поделитесь историей вашего успеха…
– В середине 90-ых мы нашли свою нишу, и компания «Арконт» стала крупным поставщиком шин на Юге России. Мы предложили классный продукт – импортные зимние шины. Зимы тогда были холодные и снежные. К 2000г компания «Арконт» была дистрибутором практически всех крупнейших мировых шинных марок с долей рынка почти 90 процентов.
– До автомобилей оставалось рукой подать…
– Позже, как мне кажется, жизненный цикл «Арконта» как шинного дистрибутора закончился, и мы осознанно стали строить автодилерскую компанию. В конце 2002 года мы стали официальным дилером Mitsubishi. Сегодня в нашем дилерском портфеле уже много марок: Ford, KIA, Nissan, Peugeot, Skoda и т.д...
– День генерального директора с чего начинается?
– В последнее время я выработал себе график работы: с 10 до 10. Все это время я посвящаю работе, неважно, в офисе или дома. И те важные функционеры, которые жалуются на нехватку времени, на самом деле просто не умеют расставлять приоритеты. Что-то надо сделать обязательно, а что-то можно не делать вообще. Мне хочется думать, что в компании «Арконт» работа построена так, что весь функционал распределен по конкретным сотрудникам. Поэтому я не сильно переживаю, если мне приходится куда-то уезжать. Не знаю, что должно произойти, чтобы без меня не смогли справиться с ситуацией.
– Если бы вам предложили создать идеальный автомобиль, каким бы он был?
– Когда-то давным-давно в «Авторевю» нарисовали идеальный автомобиль россиянина. Это был длинный лимузин с открытым кузовом на больших колесах, с полным приводом и чем-то там еще. Это некая химера, то, чего не может быть в природе. А вообще для разных целей нужны разные авто: для каждодневных поездок - один, для фана - другой…
– А если серьезно?
– Я предпочитаю динамичный внедорожник. Не кроссовер, а именно внедорожник – дизельный Mitsubishi Pajero. Мне нравится идеология этого автомобиля – ничего лишнего, отличная управляемость и внедорожные качества.
– За руль какого автомобиля вы бы не сели?
–Наверное, нет такого автомобиля. Другое дело, что мне не нравятся автомобили, не имеющие характера. Люблю управляемость, динамику и…конкретику: седан – так седан, внедорожник - так внедорожник. А еще для фана хороши всякие заряженные авто типа Lancer Evolution. Лучшие автомобили – специализированные, с перчинкой, а не универсальные.
– Сами давно водите?
– С 92-го года, когда купил первую машину – «Жигули» шестерку.
– Что для мужчины значит автомобиль?
–Мы можем считать его статусным атрибутом, средством передвижения или средством доставки нас куда-нибудь. Для некоторых это может быть даже объект инвестирования. Но совершенно точно знаю: главное, что получают все, кто ездят за рулем автомобиля – это свободу передвижения. Представляете, как здорово: вы можете в любую минуту бросить все и уехать, куда душе угодно…
– Не делает ли автомобиль человека ленивым?
– Цивилизация в принципе делает человека ленивым. И не только автомобиль, но и мягкое, удобное кресло, компьютеры, телефоны…
– А женщина за рулем? Бытует ведь стереотип…
– Вождение автомобиля в современной жизни – дело совершенно ординарное и обыденное как для мужчин, так и для женщин. Бывает, что женщина куда более аккуратна и надежна за рулем. И отношение к женщинам как к существам, совершенно неспособным управлять автомобилем, уже давно себя изжило. Я, например, спокойно езжу со своей женой в качестве пассажира вот уже несколько лет.
– Как вы считаете, ваша жизнь складывалась спонтанно, или был четкий план?
– Никакого четкого плана «на всю жизнь» у меня не было и нет. В разное время меня интересовал тот или иной проект. Проекты возникали случайно или в результате аналитики. Могу точно сказать, что сам процесс часто занимает меня больше, нежели какой-то удаленный, почти эфемерный, результат. И всякого рода случайные обстоятельства в этом процессе играют огромную роль. Это совсем не значит, что все складывается абсолютно случайно. Ведь многие ситуации мы программируем сами. Когда-то я встретил девушку и, услышав сальности в ее адрес, в шутку сказал: «Свободен! Это моя будущая жена!» Через несколько лет так и получилось…
– Как вы познакомились с будущей супругой?
– Она училась со мной в институте. Причем никаких романтических отношений у нас долгое время не возникало. Все случилось гораздо позже, после института.
– Дети?
–Сейчас у меня четверо детей. Двое – дети моей младшей сестры, которой, к сожалению, уже нет с нами. С этого момента жизнь круто изменилась.
– И что изменилось?
– Сегодня я - многодетный отец, счастливый глава шумного «итальянского семейства». В семье появился маленький ребенок, который не дает нам скучать и зацикливаться на своих проблемах. Старшим моим сыновьям – 20 и 19 лет, они уже самостоятельные «вьюноши». Дочке – 12 лет, а самому младшему – 5 лет.
– Животные в вашем доме есть?
– Кот Честер. Похож на русскую псовую борзую - вытянутый череп, длинные лапы. Очень умный, красивый и воспитанный ориентал. Мне нравятся худые, поджарые коты. Не британцы или персы – пухлые, как плюшевые мишки, а прыгучие, активные, любознательные…
– Свободное время как проводите?
– В зависимости от времени года. Зимой – горные лыжи, летом – Волга или Дон. Я считаю, что у нас здесь достаточно солнца и воды для полноценного летнего отдыха.
– Рыбалите?
– Наверное, я больше мореход или «рекоход», чем рыбак. Люблю многокилометровые переходы по Волге. Наши походы иногда могут затянуться на неделю. Ловим рыбы ровно столько, сколько нужно для еды, особого ажиотажа по поводу поймать побольше и покрупнее нет. Стараемся не брать с собой много продуктов, чтобы не превращать отдых в некое гедонистское мероприятие, где много пива и вкусной еды, русалки…
– Непривычно слышать это от мужчины. Обычно люди запрограммированы по-другому, на противоположный способ отдыха…
– Больше выпить и больше съесть - для меня не отдых. Обычно днем мы купаемся, рыбу «лавим», как казаки говорят, вечером готовим, ужинаем и под звездным небом рассуждаем о жизни, спорим. Или играем в преферанс, в шахматы.
– Готовите сами или доверяете это женщине?
– В походах или вообще? На речке готовим только сами. Наши женщины не слишком любят чистить и потрошить рыбу. Вообще, в последнее время я стал изредка готовить и дома. Вошел во вкус. В частности, это касается блюд из морепродуктов.
– Любимые блюда есть? Пристрастия в еде…
–Если есть выбор: рыба или мясо, то однозначно рыба. Нет ничего вкуснее отварной свежепойманой. Всевозможные соусы и добавки нивелируют вкус пищи. В целом, вкусно, но в конечном итоге не понимаешь, что ешь. Например, на Востоке, особенно на Дальнем Востоке – непонятно, что это – мясо, растение или букашки-таракашки – хрустят и ладно. Они настолько пересдобрены, что ощущаешь лишь вкус специй.
– Любимое место за пределами России?
– Если за границей, то Париж. Несколько раз в год бываем там непременно. Супруга не любит длительных перелетов, поэтому чаще бываем в Европе. Никак не могу уговорить ее слетать в Японию. Чудесная страна, совершенно другая культура.
– Жена чем занимается?
– Воспитанием детей. Она – наш главный менеджер, семейный администратор. Я вижу, что забот у нее больше, чем у женщин, которые каждый день ходят на работу.
– В семье вашей равноправие?
– Абсолютное равноправие – полный патриархат! Для меня патриархальные отношения – это и есть полное равноправие. Если серьезно, с годами становлюсь все более демократичным. Лучше понимаю сложности совместного проживания со мной и стараюсь сводить их к минимуму. По натуре я - интровертный аналитик, а жена - человек светлый, общительный, - экстраверт. Бывают, конечно, принципиальные разногласия, и раньше я мог «зарубаться», типа стучать кулаком, но все меняется, и моя казачья патриархальная природа проявляется все реже и реже. Конфликты или размолвки случаются, но, как правило, они краткосрочные, как вспышки. Мы не дуемся друг на друга неделями. Хоть мы и разные, и вроде даже по гороскопу не подходим друг другу, но жизнь доказала, что все это – полная чушь…

Comments

( 1 comment — Leave a comment )
phtrv
Oct. 14th, 2011 06:18 am (UTC)
Захотелось здесь присоединиться к поздравлениям! И поздравить еще раз!

П.С. Интроверт???! Ну-ну... :)
( 1 comment — Leave a comment )

Profile

4erepahin
Вячеслав Черепахин
Медиагруппа ПРЕМИЯ

Latest Month

July 2018
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Tags

Page Summary

Powered by LiveJournal.com
Designed by chasethestars